Top.Mail.Ru

Игорь Шумилкин: "Я уже в 5-м классе решил, что буду тренером"

Заслуженный тренер России Игорь Федорович Шумилкин в откровенном интервью рассказал о том, как осуществить детскую мечту, почему отечественный бадминтон стоит на месте и как эту ситуацию изменить.   

- Игорь Федорович, с чего начался ваш тренерский путь?
- Не поверите, я уже в 5-м классе решил, что буду тренером и всячески стремился к этому. Работать начал в 17 лет. Нужны были деньги, и я вел платные детские группы. Правда, получал я по тем временам копейки – где-то 40 рублей в месяц. До армии я 3 года работал по трудовой книжке и успел даже воспитать призеров чемпионатов и первенств Москвы. После службы поступил в институт и продолжил идти по выбранной дороге.

- Это удивительно. Даже сейчас многие не понимают, что такое бадминтон, некоторые даже не могут правильно выговорить это слово. Как можно было в таком юном возрасте понять, что вы хотите посвятить жизнь именно бадминтону?
- Я занимался многими видами спорта, в том числе и шахматами. Я жил спортом. Везде, где можно было воткнуться в какое-то спортивное мероприятие, я втыкался. Мне это было очень интересно. Причем, никто меня никогда насильно не тащил. В шахматах я ничего так и не добился, кстати. И вот как-то, проходя мимо спортивного зала, я увидел, как люди с ракетками играют во что-то. Попросился к ним – мне очень понравилось, да так и застрял. Нас иногда называют людьми, осаленными бадминтоном, заболевшими… И я заболел. До сих пор болен.

- Скольких спортсменов вы заразили за время вашей сорокалетней тренерской карьеры?
- Я начал работать в паре с Рашидом Нигматуллиным, удивительным, великим человеком, который все делал для детей. Мы первыми начали вывозить их за границу, подписывать договоры. Он был, вот что называется, сильно болен бадминтоном. Мы воспитали очень большую плеяду спортсменов, дотошно отбирали детей. За 2 месяца мы с ним протестировали 40 тысяч человек, из которых у нас осталось в районе 15-ти. Мы отбирали самых лучших. Из наших звездочек выросли настоящие звезды, мастера спорта международного класса: Сухарева Елена, Наталья Городничева, Станислав Пухов, Сергей Карамышев, Сергей Старостин, Мария Курочкина, Черникова Ирина, всех не перечислишь. Через меня прошли где-то 12 мастеров спорта международного класса, около 40-ка мастеров спорта. Очень много мне как тренеру дал Алексей Александрович Ивашин, что-то почерпнул у Николая Ивановича Никитина. Сейчас мы с Николаем Зуевым готовим московских игроков: и резерв сборной, и самих сборников. Среди них Иван Созонов, Ольга Морозова, Александр Зинченко, Константин Абрамов, Никита Хакимов, Василий Кузнецов, Виктория Слободянюк, Ольга Архангельская (Голованова), Андрей Ашмарин. И еще слабослышащие спортсмены, сурдлимпийские чемпионы наши: Шохзод Гуломзода, Михаил Ефремов, Артем Карпов.

- Получается, Созонов – ваш воспитанник?
- Я – один из тех, кто принял участие в его становлении как спортсмена высокого мирового уровня, и продолжаю с ним работать в ЦСП «Крылатское». А так мы с Николаем Зуевым 7 лет проработали тренерами сборной России. Работали с Александром Николаенко, Владимиром Ивановым, Иваном Созоновым, Виталием Дуркиным, Ниной Висловой, Валерией Сорокиной, Эллой Карачковой, Евгением Дреминым. Вся эта плеяда была воспитана в том числе и нами. Сейчас мы делаем все для того, чтобы наши спортсмены выигрывали, находим пути для их реализации. К сожалению, не все ведущие спортсмены Москвы попадают в сборную, хотя они реально одни из лучших в России. Причины разные: объективные и подчас субъективные…

- Почему ушли из сборной?
- Так получилось, что у меня заболела мама – у нее случился инсульт. Я на полгода выпал из тренировочного процесса, не мог выезжать на сборы. И уже не вернулся. Сейчас работа в сборной меня интересует в меньшей степени.

- Какая у вас сейчас официальная должность?
- Я – старший тренер ЦСП Измайлово и первый вице-президент Московской городской федерации бадминтона (МГФБ), и вот уже полтора года тренирую любителей в клубе «Мастер+».

- Как интересно! Расскажите подробней, пожалуйста.
- Жена мне вечером как-то сказала: «Сходи уже куда-нибудь, я от тебя устала» (смеется). Думаю, ладно, схожу на два раза в неделю, потренирую. И прикипел. Люди там приходят ко мне не ради какой-то корысти, а просто из-за любви к бадминтону. Мне интересно работать с теми, у кого горят глаза. Этим качеством обладают отнюдь не все спортсмены. А здесь никого заставлять не надо. Даже после тренировки ко мне подходят, задают вопросы, хотят развиваться всесторонне. Я получаю огромное удовольствие от этой работы.

- А как у вас сейчас складываются отношение с Национальной федерацией бадминтона России (НФБР)? Сотрудничаете?
- Сотрудничаем. Я довольно неплохо общаюсь с Андреем Антроповым. К сожалению, мне приходится это делать одному, так как мои напарники давно потеряли с ним контакт. Я – член совета НФБР. Но не все гладко, конечно. Я как вице-президент МГФБ вижу, что можно было бы развивать бадминтон в Москве намного шире, круче и активнее, но, к сожалению, пассивность в высших кругах тормозит наш энтузиазм. Если дело сдвинется с мертвой точки, то предстоит очень много работы и бадминтон будет развиваться. К сожалению, есть люди, которые вставляют палки в колеса и сильно мешают работать. Я по мере возможности веду с ними борьбу.

- Каковы цели и инструменты у этих палок?
- Запрещают проводить соревнования, ищут песчинку в нашем глазу, не видя бревна в своем, пишут подлые письма, чтобы сорвать соревнования, накладывают турниры одни на другие, переманивают спортсменов. Определенная политика не дает людям смотреть трезво на некоторые вещи. Каждый тянет одеяло на себя вместо того, чтобы работать сообща. Нам на Шаболовке запретили проводить соревнования – якобы зал не соответствует каким-то там требованиям (освещение, температура в зале, расстояние между площадками). Когда вышеперечисленное нам озвучили на совете, у присутствующих это вызвало смех. На Шаболовке прекрасный зал на 10 площадок, с высокими потолками и классным покрытием. У нас в Москве тогда, получается, вообще нет залов, в которых можно проводить соревнования с тем финансированием, которое имеется. Бред, одним словом.

- О строительстве зала никакой речи, конечно, не идет?
- Все время витают какие-то слухи, что будет построен большой центр в районе Черкизово. Но ничего не строится.

- Тогда какие задачи тогда ставит перед собой МГФБ?
- В первую очередь – это развитие инфраструктуры: поиск залов с большим количеством площадок (6-8-10). Сейчас очень тяжело влезть в какой-то зал в Москве. Плюс, у нас совершенно запущено судейство. Молодых специалистов никто не воспитывает. Потом, нет тренеров. Очень хорошие тренеры могут получиться из спортсменов, которые уже перешли в разряд ветеранов и, одновременно с тем, еще молоды. Но в связи с тем, что тренерская зарплата маленькая, они выбирают работу с любителями, с ветеранами, тем самым зарабатывая себе деньги на жизнь.

- Ну вы же можете совмещать работу с профессионалами и любителями. Почему они не могут?
- У меня зарплата другая. Я все-таки работаю не с маленькими детьми, а с элитой российского бадминтона. По большому счету, я даже могу не работать с любителями. Это скорее мое хобби. А они не могут себе позволить работать в ущерб финансовому благополучию. Эту проблему надо решать.

- А как ее решать?
- Надо развивать клубы, привлекать спортсменов к работе, платить хорошую зарплату. В этом направлении начал работать Дмитрий Ильин в своем «Мастер+», привлекая ветеранов и действующих спортсменов. Если нам удастся это продвинуть по Москве, то мы очень сильно шагнем в развитии бадминтона в целом. Очень многое хочется изменить, усовершенствовать, но встает проблема финансирования. Со стороны правительства практически нет никакой помощи, поэтому приходится искать свои каналы.

- Про будущее примерно понятно, а что УЖЕ сделано?
- Во-первых, мы проводим детские и юношеские соревнования, которые очень хорошо развиваются. Воспитывается очень большая группа детей. Ежемесячно в соревнованиях принимают участие около трехсот человек. Во-вторых, у нас есть примеры для подражания. Тот же Иванов и Созонов. Их успехи – большой стимул для молодежи.

- Эти соревнования проходят на Шаболовке?
- Да.

- То есть как? Взрослые проводить нельзя, а детские можно? Где логика?
- Вот это и вызывает смех.

- Есть надежда, что ситуация изменится?
- Мы пытаемся. Я очень надеюсь на поддержку нового президента МГФБ – Говоруна Олега Марковича. У него есть свои ресурсы и рычаги.

- Недавно появился рейтинг спортсменов города Москвы. Чем он интересен?
- Этот рейтинг намного интересней, чем действующий в России, который совсем не отражает уровень спортсменов и вообще оставляет желать лучшего. Наши бадминтонисты зачастую просто игнорировали этот рейтинг и зарабатывали себе очки за границей. В московском же рейтинге есть много параметров (10-12), из которых о спортсмене можно узнать практически все: от истории выступлений до показателя уровня игры. А в действующем всероссийском кроме имени и очков ничего нет.

- Я так понимаю, московский создан для того, чтобы со временем прийти на смену действующему.
- Конечно, было бы здорово, но этого не будет. В верхах категорически против. К сожалению, они имеют на это право.

- Имеет ли Москва какое-то преимущество по количеству побед и звезд по сравнению с другими регионами нашей страны?
- Пока у нас работают такие люди, как Ивашин Алексей Александрович, который этих звездочек растит, то да. Но тут такой момент, что многие из этих звездочек – не московские. Тренируются в Москве, но приехали-то из других городов. Я бы назвал московское преимущество скорее интеллектуальным, как раз благодаря тренерскому составу.

- А чем тренер Шумилкин занимается в свободное время.
- Дача у меня. Огурчики стал выращивать. На старости лет ближе к земле потянуло.

- Не увлекайтесь сильно! Вы нам еще нужны на кортах. За интересную беседу спасибо заслуженному тренеру России Игорю Федоровичу Шумилкину.